Она сидела на полу

Женщина молча разбирает письма, а мужчина так же молча стоит в стороне. В этой сцене почти ничего не происходит, и потому особенно заметно каждое движение: знакомые листы берут в руки и бросают, словно остывшую золу. Сравнение сразу открывает прошлое, в котором когда-то был жар и от которого остались лишь следы. Затем Тютчев делает образ гораздо страшнее: женщина смотрит на свои письма так, как душа могла бы посмотреть на покинутое тело. Письма принадлежали живым чувствам, но теперь те кажутся чем-то безвозвратно отделившимся от человека. Третья строфа внезапно ломает сдержанность сцены восклицаниями о пережитой жизни и убитой любви. И всё же рассказчик не решается вмешаться. Его готовность пасть на колени остаётся внутренним жестом; финальная «милая тень» обозначает близость человека, к которому уже невозможно приблизиться по-прежнему. Поэт не объясняет причину разрыва, сохраняя всю тяжесть в расположении двух фигур и груды писем между ними.