Любовное ожидание истощает чувства и приводит героя к сомнению в самом образе желанного.
Читать дальшеБоже! Откуда энергии русла Черпать с души комбинацию чувств?
Горьким знамением падают руки,
Атласных вздохов школа искусств.
И обещания сладкой поруки
Грёзами льют увядающий куст.
Протуберанец пытается ушло
Крыть пеленой извержение с уст.
Боже! Откуда энергии русла
Черпать с души комбинацию чувств?
Может быть образ, сомкнутами литый,
Лишь силуэт пожеланий, что пуст.
Или проблема в мечтаньях зарыта
— Невозмутимых поэта кощунств?
И обещания сладкой поруки Грёзами льют увядающий куст.
Порука — ручательство, обещание, на которое предлагают положиться. Здесь оно «сладкое»: даёт надежду и питает мечты.
Боже! Откуда энергии русла Черпать с души комбинацию чувств?
Откуда брать новые чувства, если внутри всё уже пересохло? «Русло» и «черпать» продолжают образ воды, которой пытались напоить увядающий куст. Теперь герой сам ищет источник, а отчаянное «Боже!» показывает, насколько он вымотан.
Лишь силуэт пожеланий, что пуст.
Силуэт даёт только очертания. Герой спрашивает себя: за желанным образом есть настоящий человек — или он сам достроил его из своих мечтаний? Слово «пуст» делает это сомнение особенно болезненным.
«Иссушение» — трёхстрофное стихотворение Владислава Эфемерного о любовном переживании и истощении. Его образная система строится вокруг увядающего куста, русел и попытки черпать чувства. Обещания и грёзы словно питают растение, но горечь, опущенные руки и нехватка энергии показывают несостоятельность этого питания.
Последняя строфа меняет направление поиска: сомнение обращается к самому желаемому образу и к воображению поэта. Возможно, перед ним лишь пустой силуэт собственных пожеланий. Вопросительная концовка оставляет причину иссушения неустановленной и сохраняет форму внутреннего спора.
