Маяковский смотрит на порт так, будто корабли, лодки и сама вода обладают телами и чувствами. «Простыни вод» колышутся под кораблями; «белый зуб», который их рвёт, можно представить как вспененный разрез воды движущимся судном. Маленькие лодки прижимаются к «железным матерям» — большим пароходам. «Серьги якорей» висят в ушах оглохших кораблей, а медный звук судовой трубы приобретает чувственную силу. Удивляет сочетание грубой техники и почти семейной нежности: индустриальная гавань превращается в живой мир, где у металлических машин есть матери, дети и собственная речь. Как отмечают комментарии к академическому тексту, стихотворение связано с впечатлениями от Николаевского порта.