Загружаю аккаунт…
Посвящение греческой королеве сочетает придворный комплимент и привычный для Фета культ красоты.
Читать дальшеУсталый путник, я искал.
Всю жизнь душа моя алкала,
Всю жизнь среди пустынь и скал,
Святого храма идеала,
Усталый путник, я искал.
И вот за дальними морями
Провижу чистый этот храм
И окрыленными мечтами
Несусь припасть к твоим стопам.
Но замирают звуки лиры
В руках дряхлеющих певца:
Его смущает вид порфиры
И ослепляет блеск венца.
Воздвигни ж хоры песнопений,
Младые окрыли мечты,
Царица светлых вдохновений
И королева красоты!
Викитека: электронная версия текста, не коллирована с печатью 1888 · Викитека ↗
Посвящение греческой королеве сочетает придворный комплимент и привычный для Фета культ красоты. Лирический голос рассказывает о многолетнем поиске идеала, представляя его недосягаемым храмом среди пустынь и скал. Затем эта отвлечённая цель получает реального адресата — королеву, перед которой смущается состарившийся певец.
Посвящение греческой королеве сочетает придворный комплимент и привычный для Фета культ красоты. Лирический голос рассказывает о многолетнем поиске идеала, представляя его недосягаемым храмом среди пустынь и скал. Затем эта отвлечённая цель получает реального адресата — королеву, перед которой смущается состарившийся певец. Порфира и венец подчёркивают официальную сторону обращения, но завершающее пожелание вдохновения делает послание прежде всего литературным жестом. Для публикации стоит пояснить исторического адресата, не подменяя литературную метафору биографическим фактом.
