Silentium!

Слово «молчи» трижды оказывается в конце строфы, но каждый раз поэт объясняет его по-разному. Вначале молчание оберегает чувства, похожие на звёзды, которые восходят и заходят в глубине души. Затем следует почти допрос самого себя: «Как сердцу высказать себя? / Другому как понять тебя?» Знаменитое «Мысль изреченная есть ложь» — предельно резкая формула разрыва между переживанием и его словесной оболочкой, а не практический совет постоянно обманывать окружающих. Следующий образ точнее объясняет опасность: «взрывая» родники, можно замутить их воду. Последняя строфа неожиданно меняет привычную символику: дневной свет не помогает видеть, а рассеивает тайные думы; внешний шум заглушает их «пенье». При этом всё стихотворение — произнесённая вслух защита невысказанного. Парадокс не разрешается: поэтическая речь пытается сохранить то, чего, согласно собственным словам поэта, не может передать до конца.