Загружаю аккаунт…
В «Перуджии» вся история умещается в несколько мгновений: внезапный дождь, открытое окно, фреска Перуджино, корзина и записка.
Читать дальшеГолубая гарь от Умбрских гор.
День полувеселый, полустрадный,
Голубая гарь от Умбрских гор.
Вдруг — минутный ливень, ветр прохладный,
За окном открытым — громкий хор.
Там — в окне, под фреской Перуджино,
Черный глаз смеется, дышит грудь:
Кто-то смуглою рукой корзину
Хочет и не смеет дотянуть...
На корзине — белая записка:
“Questa sera... монастырь Франциска...”
Электронная редакция из предоставленного архива · Русская виртуальная библиотека ↗
В «Перуджии» вся история умещается в несколько мгновений: внезапный дождь, открытое окно, фреска Перуджино, корзина и записка. Историческое искусство здесь не подавляет современную жизнь, а служит фоном для почти комического любовного заговора. Незавершённость жеста создаёт интригу, не нуждающуюся в продолжении.
В «Перуджии» вся история умещается в несколько мгновений: внезапный дождь, открытое окно, фреска Перуджино, корзина и записка. Историческое искусство здесь не подавляет современную жизнь, а служит фоном для почти комического любовного заговора. Незавершённость жеста создаёт интригу, не нуждающуюся в продолжении. Последняя строка, переключающая речь между итальянским и русским, передаёт ощущение путешествия лучше пространного описания города.
