Загружаю аккаунт…
Здесь ранний Блок говорит языком религиозного поиска, ещё не обретшего определённого предмета веры.
Читать дальшеНе ты ли душу оживишь?
Не ты ли душу оживишь?
Не ты ли ей откроешь тайны?
Не ты ли песни окрылишь,
Что так безумны, так случайны...
О, верь! Я жизнь тебе отдам,
Когда бессчастному поэту
Откроешь двери в новый храм,
Укажешь путь из мрака к свету!..
Не ты ли в дальнюю страну,
В страну неведомую ныне,
Введешь меня — я вдаль взгляну
И вскрикну: "Бог! Конец пустыне!"
Электронная редакция из предоставленного архива · Русская виртуальная библиотека ↗
Здесь ранний Блок говорит языком религиозного поиска, ещё не обретшего определённого предмета веры. Лирический герой обращается к «неведомому богу» как к тому, кто способен вернуть смысл и творчеству, и существованию. «Новый храм», путь из мрака к свету и конец пустыни складываются в последовательность ожидания откровения.
Здесь ранний Блок говорит языком религиозного поиска, ещё не обретшего определённого предмета веры. Лирический герой обращается к «неведомому богу» как к тому, кто способен вернуть смысл и творчеству, и существованию. «Новый храм», путь из мрака к свету и конец пустыни складываются в последовательность ожидания откровения. Этот текст помогает понять, из какой духовной потребности позднее вырастет образ Прекрасной Дамы.
